В самом сердце Бакареша возвышается храм Белиара — одно из самых значимых мест поклонения Тёмному Богу на всем континенте. Для одних это священное место, где можно вознести молитву и испросить благословения Белиара. Для других — центр знаний, власти и ремесел, связанных с его учением. А для тех, кто осмеливается заглянуть глубже, храм становится местом, где грань между жизнью и смертью ощущается особенно тонко.

Сюда приходят самые разные люди. Жрецы и последователи Белиара совершают здесь богослужения, маги изучают запретные знания, алхимики совершенствуют искусство приготовления ядов и эликсиров, а призыватели обращаются к силам, которым большинство предпочло бы никогда не доверять свою душу. В храм также стекаются паломники — люди и орки, исповедующие Белиара и желающие отдать дань уважения своему божеству. Для них посещение Бакареша может стать настоящим откровением.

Однако храм — это далеко не только место молитв.

При нём располагаются целые коллегии, посвящённые различным направлениям тёмного искусства. Коллегия призывателей занимается изучением существ и сил, которые могут быть призваны из иных измерений и подчинены воле мага. Здесь хранятся знания о ритуалах призыва и существа из измерения Бога Тьмы.

Коллегия чернокнижников и тёмных магов посвящена более глубокому изучению магии Белиара. Её ученики исследуют проклятия, разрушительные заклинания, магию смерти и другие искусства, которые находятся далеко за пределами дозволенного магам других школ. Здесь обучаются те, кто стремится не просто поклоняться Белиару, но и познать природу его силы.

Отдельное место занимает коллегия алхимиков и мастеров ядов. В её стенах создаются различные эликсиры, зелья и яды. Знания здешних мастеров ценятся не только среди магов, но и среди народа ассасинов Варанта. Некоторые из их творений предназначены для лечения, другие — для усиления тела или разума, а третьи созданы исключительно для того, чтобы лишить человека жизни.

Но наиболее зловещей частью храмового комплекса считается филиал дворца элитных воинов Белиара.

Здесь проходят подготовку и службу одни из самых опасных воинов, связанных с культом Тёмного Бога. Их задача — охранять священные места, выполнять волю жрецов и властителей городов, а также служить там, где обычных воинов недостаточно. В стражайшей дисциплине они в совершенстве обучены владению любым оружием и скрытным убийствам, а их особая экипировка служит напоминанием о том, кому именно они принесли свою верность.

Поэтому храм Белиара в Бакареше одновременно является святилищем, академией и оплотом силы.

Здесь можно встретить паломника, пришедшего из далёких земель, молодого мага, только начинающего изучать тёмное искусство, опытного алхимика, работающего над очередным ядом, или облаченного в тёмные доспехи воина, молча стоящего у входа в святилище.

И все они служат одной цели — познанию, почитанию и исполнению воли Белиара.

Однако, не для всех открыт доступ в храм, а потому в городах Варанта находятся алтари. Будьте уверены: Белиар услышит ваши молитвы и каждый получит благословение.

Белиар не требует, чтобы его любили. Достаточно, чтобы его почитали и боялись гнева его.

Список, где есть алтари: Браго, Лаго, Бен Эрай, Бен Сала, Мора Сул, Бакареш, Иштар + придорожные алтари у дорог Варанта и в некоторых точках Миртаны. Если вы отыгрываете молитву на острове Хоринис, то список таков: Башня Ксардаса (в Хоринисе и ДР), Пещера у Старого Лагеря рядом с заставой у земель орков, Разрушенный форт, Орочьи поселения, Пещера у круга камней, под городом Хоринис и т.д. вы можете в своем отыгрыше написать ту точку (или придумать), которая будет вам удобна для логики истории. Магам проще, ведь им перемещаться помогает условный телепорт, главное соблюдать порядок на счет храма и алтарей))

ШАБЛОНЫ И МЕХАННИКИ

1. Раз в день (00:00 - начало следующего дня) можно вознести молитву Белиару (или произвести иное действие) у Алтаря или в Храме у статуи Врат Белиара. В храм могут войти служители Культа, Наёмники, воины и ремесленники Старого Лагеря и форумчане вне Лагерей, чьи посещения у Алтарей были продолжительны (более 15). Паладины и вставшие на пути магии члены СЛ ВСЕГДА будут посещать только Алтари. Так как бдит не Белиар, а местные жрецы, а спрашивать, "что это ты там встал" не тактично, - в зачет идет любое действие с броском ( не только молитва, но и подбор тайных записей, по примеру Фингреса, и т.д.)

2. Четвёрка самых верных будет получать руду после месячного подсчёта суммы чисел за броски: 1 место - 2000, 2 место - 1500, 3 место - 1000, 4 место - 500

   Пока механизма передачи руды нет, просто выставляете золотую монету по определенной цене и я её куплю.

3. Чтобы молитва зачлась, надо сделать бросок и написать мини историю (смотри пример ниже). Саму молитву писать не обязательно, это все зависит от ваших творческих способностей. Просто написать "Я пришёл и помолился у алтаря" - недостаточно!

4. Запрещено использовать нецензурную лексику, обсуждать рабочие вопросы не относящиеся к теме, не соблюдать тематику в своих постах. Если есть вопросы - обращаемся в личку)

Удачный пример:

(делается бросок) Наемник Морт направился в один из городов Варанта - Браго. В этот город его привело дело нанимателя: один восточный торгаш занял крупную сумму денег и свалил в пески.

- В таком деле без удачи и помощи извне не обойтись, - сказал наемник, вытирая пот со лба.

Не придавая значения, он подошёл к алтарю Белиара, небрежно кинул несколько монет и буркнул что-то под нос.

...

Примерно так. Главное чтобы это был осмысленно и по делу)

Планы на будущее

Если все сложится, то планирую сделать игровую комнату заданий от храма. Раз в месяц - полтора. Это будет нарративно обыграно, но в этот день кубики будут только для определения того, кому достанется задание. В комнате будет также игра с кубиками, но это по большему счету мини ФРПГ, где можно будет также получить какую-то награду, а заодно просто поразвлекаться (если кто захочет писать и отвлечься от других тем). Это будет кража, шпионаж, драка, налёт или задание с противоборствующими сторонами, когда выступать с другой стороны также будут другие игроки. Но тоже на кубиках. Комната будет открываться на момент игры и закрываться, когда мини история будет окончена.

Edited Sunday at 19:105 days by Адепт богов

Тяжёлые двери Великого Храма отворились далеко за полночь. На этот раз Громгот вошёл медленно — вовсе не потому, что был измотан, — после Арены торопиться было уже некуда. На плаще культиста ещё оставалась пыль Бакареша, на доспехах виднелась пара свежих отметин, а рудный клинок был привычно спрятан от чужих глаз. Подойдя к статуе, Громгот остановился и несколько мгновений молча смотрел на Белиара, а затем достал металлический кубок с чёрным кофе без сахара.

— Ну что, старик. Пир таки состоится.

Громгот поставил кубок перед алтарём, а рядом бросил увесистый кошель.

— Передай Литию, что я умею держать слово. Пусть не экономит.

Чёрный Мечник задумался. Тёмный Бог будто решил проверить, зайдёт ли дерзость Ультражоры настолько далеко. На Арене он получил большое преимущество и даже сумел пару раз попасть, но всё равно потерпел поражение. Громгот медленно провёл рукой по новой зарубке на доспехе, а затем поднял глаза на статую.

— Знаешь, Ультражора порадовал меня: он вышел сражаться добровольно, получил свой шанс и заставил меня помахаться всерьёз. Многие из тех, кто сегодня громче него кричат о своей силе, на его месте вообще не вышли бы на Арену.

Чёрный Мечник наконец огляделся. За одну ночь Великий Храм успел превратиться едва ли не в перекрёсток всего форума. Собрат по Культу Manic продолжал своё паломничество по варантским алтарям, шаг за шагом уходя всё глубже в веру Белиара. Где-то над Бакарешем Воронислав Серокрыл уже успел поселиться в лучшей гостинице, обменять самоцветы на чай и, похоже, решил превратить столицу Тёмного Бога в курорт для Паладинов. Невдалеке от городских стен появлялся и другой крылатый гость — Оззи, который предпочитал прибывать к алтарю в облике летучей мыши и исчезать вместе с перегаром и гитарными риффами.

— У тебя странные паломники, Всеотец.

Фингерс всё ещё шёл по следу оставленных у алтарей посланий. Старый Лагерь уже знал о готовящейся против него диверсии, а следующая записка намекала, что чей-то замысел постепенно переходит в новую фазу. Паладины пока считали себя сторонними наблюдателями — хотя один из них уже давно перестал быть таковым. Громгот тихо постучал пальцем по рукояти меча.

— Любопытно. Одни Паладины приезжают сюда пить чай, другие начинают слышать тебя. Скоро Громмашу придётся проводить перекличку перед сном.

Чужаки осмелели. Наёмник Ульфар дошёл до святилища лишь затем, чтобы проклясть слуг Белиара, после чего предпочёл скрыться в лесу, заметив приближавшихся людей в балахонах. Громгот нахмурился.

— Прийти к твоей статуе, проклясть твоих слуг и сразу убежать от первых же наших людей в плащах... Странная форма храбрости.

Пламя в жаровнях дрогнуло. Чёрный Мечник вновь повернулся к статуе. В последние дни слишком многие дороги начали сходиться возле алтарей Белиара. Громгот негромко рассмеялся.

— Забавная штука получается, старик. Они бегают за нами, чтобы сказать нам, как мы им безразличны.

Громгот взял со ступеней свой кубок, допил остывший кофе и направился к выходу. У самых дверей он остановился.

— А с Ультражорой ты всё-таки хорошо придумал, но я жду от тебя серьёзного противника. Только не завтра — завтра у нас пир.

Двери Великого Храма медленно закрылись. По дорогам Варанта шли паломники, чужие разведчики продолжали искать тайны, новые слуги приносили Белиару свои клятвы, а на песке Арены подсыхала кровь со вчерашнего боя. Ультражора получил столь желанный шанс, но Громгот силой забрал победу.

Огромный, чешуйчатый, трехглавый дракон распластался уже перед ареной Лаго в душном, затянутом туманом и пылью лагере ассасинов. Три его тяжелые морды обращены к деревянным клеткам с рабами и хищниками. От дыхания чудовища зной становится невыносимым, а из ноздрей вырываются клубы серого дыма.

Внезапно из трех пастей Горыныча раздается утробный, раскатистый гул. Головы дракона начинают поочередно изрыгать слова древнего прошения к Белиару:

- О Повелитель Ночи и Разрушения! Мы уже просили у тебя плоти для насыщения, силы для сокрушения врагов и золота, чтобы усыпать им наше логово.
- Но сегодня мы взываем о большем. Даруй нам власть над самим пламенем преисподней, чтобы выжигать целые королевства дотла.
- Ниспошли нам вечную ярость теневых бурь, чтобы ни один маг Воды или Инноса не смог противостоять нашей воле.
- Прими нашу верность и сделай наши крылья бессмертными проводниками твоего гнева на этой земле!

Все три головы синхронно приподнимаются, принюхиваясь к запаху крови и страха. Рогатый череп Горыныча застывает в хищном, зловещем ожидании. Дракон ждет новой жертвы среди песков Варанта.

Говорят, приходящих к Белиару, тот обнажает их потайные желания, мысли, амбиции - одним словом, переворачивая их вверх ногами. Как пресловутые песочные часы.

Весь день Воронислав Серокрыл провалялся на дорогих коврах над этими размышлениями, первые полдня проспав, другие полдня лежа на боку, постоянно куря кальян и попивая чай с серебряных и золотых пиал. Наконец он понял, что к своей тёмной стороне можно отнести склонность к роскоши, празднолюбие и лень Здесь нет ложного стыда, в этом признаваться. Летнюю жару он терпеть не терпел, впрочем, когда дождался вечернее прохлады, наконец встал и потащился к торговой площади прямо к алтарю Белиара, куда водрузил свой новый чай

- Всякая тёмная сторона зависит от осветлённой части души, Белиар, ты это знаешь. Всё в мире двойственно. Одно зависит от другого. Наш мир - всего лишь на самом деле разменная монета в постоянной в торговой игре между Инносом и Белиаром. Это вполне очевидно.

Сказал он это нарочито громко, потому что вокруг собрались было поздние торговцы, которые, впрочем, услышав последние слова Вершителя, промолчали: он настолько ясно и выразительно высказал древнюю пустынную мудрость. Которую проповедали в старинные времена кочевники, исконные жители давних земель.... И хотя все торговцы были истовыми верующими в тёмного божества, каждый из них было сыном пустыни, который помнит наставления отца своего и отца своего отца и отца своего отца и своего отца о древних заповедях пустыни....

Кто то из торговцев хотел задать было вопрос, но пернатый гость поздоровался с ними:

- Доброй ночи, друзья. Прекрасного вам отдыха. - И направился обратно в отель.

Тёмная энергия алтаря завихрилась, впитывая подношение, и Гнилесс почувствовал, как по телу разлился леденящий холод, вытеснивший изнуряющий зной Варанта. Белиар принял дар. Теперь путь лежал в Иштар - столицу ассасинов. Здесь, в самом сердце власти Зубена, воздух был пропитан не только благовониями и ароматом кальянов, но и чистой, концентрированной магией Тьмы. Перед колоссальной черной статуей Белиара, чьи глаза-рубины зловеще мерцали в полумраке, Гнилесс вновь опустился на одно колено.

- Владыка ночи и хозяин вечной Тьмы! Я прошёл сквозь Огненное море Варанта и пролил кровь твоих врагов на раскалённый песок, чтобы предстать перед твоим ликом здесь, в Иштаре. Твой шёпот из Бакареша вёл меня сквозь бури. Теперь я стою у престола твоей земной власти. О Белиар, взгляни на своего слугу! Я отринул слабость смертных, я закалил свою плоть в пламени пустыни и наполнил разум твоей волей. Прими мою верность, Владыка, и надели меня силой вершить твой суд!

Новый деееень!

Верховный Жрец стоял перед алтарём в глубине чертогов тёмных магов. Идол, вырезанный из тёмного мрамора под ладонями был холодным, окутанным едва заметным рудным ореолом, словно сам Белиар озарял тёмным светом сквозь него. Пламя свечей почти не колебалось. Жрец шептал молитву: он просил проницательности, чтобы видеть дальше, чем видят обычные глаза, и терпения, чтобы не сломать то, что хранит порядок.

Когда он поднялся, в тени уже ждал верховный маг Сигмор.

— Торгаши заговорили слишком громко, — тихо сказал Жрец. — Особенно о Вершителе. Некоторые уже не просто судачат — они ластятся. Это опаснее прямой ненависти.

Сигмор кивнул, не задавая лишних вопросов.

— Пошли в город тех, кто умеет слушать и не быть замеченным. Мне нужны имена. Кто из купцов чаще всего произносит это слово. Кто ищет встречи. Кто уже начал менять тон, когда речь заходит о нём. Действуй незаметно. Пока...

Сигмор исчез так же тихо, как появился.

После этого Верховный Жрец направился во дворец элитной стражи. Сильвио — один из командиров элитных стражей, принял его без лишних церемония.

— Усиленный отряд разведчиков и воинов с Нафалемом я уже отправил, — сказал Сильвио сразу, не дожидаясь вопроса. — и ещё двое Рук Белиара. Они доложат, если что-то сдвинется. К тому же, разминка перед боем на великой арене им не помешает.

— Этого мало, — ответил Жрец. — Границы и дороги нужно усилить, в особенности подходы к побережью и главную дорогу по высушенному болотк. Мы стали принимать слишком много особенных гостей, а у наших алтарей замечены странные личности...

Сильвио покачал головой.

— Нет. Рассредоточение сил сейчас — глупость. У меня и так не хватает людей на то, что уже поручено. Без прямого приказа Избранного Зубена я не стану ослаблять центр, если угроза реальна. И даже если другие главы элитных стражей начнут давить — одного их голоса будет мало. Мне нужен Зубен. Или неопровержимые доказательства, что угроза уже у ворот.

Жрец смотрел на него долго. Сильвио не дрогнул. Он был верен не авторитету, а порядку, и этот порядок пока не позволял ему сделать шаг, который мог бы стоить слишком дорого.

— Тогда просто продолжай следить, — сказал наконец Верховный Жрец. — И держи своих людей наготове. Для меня в новинку слышать, что ты категорически отвергаешь волю верховного жреца. Берегись, если я узнаю, что ты плетешь интриги, —Адепт сказал это с менторским тоном, а затем продолжил, — когда придёт время действовать — времени на раздумья уже не останется. Белиар следит за всеми нами.

— И тем не менее, караваны с данью сейчас наиболее требуют присмотра. Или ты забыл старую мудрость, что все яйца не стоит класть в одну корзину... в нашем случае, они золотые и требуют особого присмотра. — сказал Командир с лёгкой ухмылкой.

Адепт покачал головой

— Разумеется. Но многого не знаешь и ты. Дела Храма распространяются далеко за пределы дюн.

— И по этому я не спешу вдаваться в них до тех пор, пока мне не повелит тот, кто может слышать Белиара напрямую.

Они оба поклонились друг другу. Разговор был окончен.

Выходя из дворца, Жрец чувствовал, как город за стенами начинает шевелиться. Шпионы уже шли из горного прохода от храма, а Сигмор размеренно направлялся к Адепту, держа в руках черный гримуар.

— Пташки уже вылетели и скоро вернутся обратно с новостями... Уверен, если и есть повод беспокоиться, то мы о нем быстро узнаем. — с ухмылкой плавно произнёс один из главных темных магов.

— Покажи мне ассасина, что не любит потрепаться... местные алхимики горло готовы друг другу перегрызть, лишь бы попасть в ученики в Коллегию при храме. Это можно использовать. Главное, чтобы такой кандидат стал действительно ценным информатором, а не пустозвоном.

— Власть золота нельзя недооценивать. Даже благословение Белиара можно купить, но верность открывает путь к запретному знанию.

— Кхммм... в таком случае, пусть шпионы подберут надёжных кандидатов, а мы позже явим себя. — сказал Адепт и тяжело выдохнул.

— Этим они и займутся...

New day

Верховный Жрец узнал обо всём ещё до того, как дошёл до своих покоев.

Вместо обычного охранника у покоев этого Вершителя теперь стоял человек из храма — тихий, незаметный, и достаточно учтивый, чтобы хозяин гостиницы не возникал. Прежнего охранника уже увели на дознание.

А в это время у ворот храма уже стоял он - клювастый Вершитель. Говорил он тихо, но уверенно, и Сигмор слушал. Слишком внимательно. И слишком охотно отвечал.

Верховный Жрец наблюдал с моста, что соединял дворец стражи и коллегию темных магов. Прежде чем эти двое разошлись, один из соглядатаев телепортировался в высокую башню, на вершине которой было подобие каменного трона - символ того, что Белиар незримо бдит за своими подданными. Он вышел из неё и направился к Адепту и обо всем доложил.

Когда Адепт вошёл во внутренний двор, Вершитель уже уходил прочь, не спеша, будто только что закончил обычную беседу о погоде. Сигмор остался стоять у ворот, глядя ему вслед.

Жрец подошёл почти вплотную.

— Ты рассказал ему.

Сигмор обернулся. На лице его не было ни страха, ни особого раскаяния — лишь привычная сдержанность человека, который привык докладывать тому, кого считает выше себя по положению.

— Он спросил прямо, — ответил Сигмор. — О том, кто отдал приказ. Я не стал лгать. Он… не тот, перед кем стоит вилять.

Верховный Жрец смотрел на него долго и тяжело. Действительно, эта сущность была за гранью его понимания, и Сигмор верно распознал могущество, с которым лучше не играть.

— Ты мог сказать, что не знаешь. Мог сказать, что это распоряжение свыше. Мог хотя бы попытаться замять. Вместо этого ты спокойно выложил всё, включая дела Культа, о котором не все знают и у нас в Храме.

Сигмор чуть опустил взгляд, но не отступил.

— Он бы всё равно узнал. Рано или поздно. Лучше от меня, чем от кого-то другого, кто расскажет больше и хуже.

— Лучше? — голос Жреца стал тише, но от этого лишь жёстче. — Лучше... Ну хотя бы я знаю, что он уже работал с ними, и, более того, он ещё и оставил предложение на будущее.

На несколько мгновений во дворе повисла тишина. Где-то в глубине храма гудел низкий колокол - один удар, возвещавший о конце дня. Сигмор молчал.

— В следующий раз, — продолжил Верховный Жрец, — прежде чем открывать рот перед кем либо, кто может знать слишком много, ты сначала откроешь его передо мной. Нельзя забывать, что мы являемся проводниками воли Белиара. Нельзя показывать слабости... какого демона стража так глубоко его пропустила?Добрые у него намерения или нет - порядок должен быть незыблем. В особенности в том, что касается символов власти Варанта, таких как вот это самое место.

Сигмор кивнул один раз - коротко, без лишних слов.

Адепт же направился к подгорному проходу, что вёл к палаткам внешней стражи Храма и открывал проход в город. Он решил сам посетить город и побеседовать с этим Вершителем

Edited Thursday at 23:441 day by Адепт богов